Официальный сайт журнала "Экология и Жизнь"
You need to upgrade your Flash Player or to allow javascript to enable Website menu.
Get Flash Player  
Всё об экологии ищите здесь:
  Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям  
Сервисы:
Каналы:
Каналы:
Блоги:
Дайджесты,
Доклады:

ЭКО-ВИДЕО



Реклама


Translate this page
into English

Translate.Ru PROMT©


Система Orphus


Главная О НАС / ABOUT US Статьи Из наследия Н.Н. Моисеева. Бронислав Трентовский и возникновение кибернетики

Из наследия Н.Н. Моисеева. Бронислав Трентовский и возникновение кибернетики

Из наследия Н.Н. Моисеева. Бронислав Трентовский и возникновение кибернетики

Печатается с небольшими сокращениями по книге:

Моисеев Н. Н. Люди и кибернетика. —М.: Молодая гвардия, 1984

В мире очень много ходячих заблуждений, которые бывают следствием невежества, а другой раз — результатом умело построенной рекламы. Не занимаясь подробно анализом причин, хотелось бы только заметить, что кибернетика и многое из того, что с ней связано, относятся как раз к числу подобных недоразумений.

Сегодня термин «кибернетика» произносится на всех перекрестках по делу и без дела. А ведь было когда-то  и совсем по-другому. Лет тридцать назад кибернетика в нашей стране объявлялась рядом ученых лженаукой. Ну а на самом деле?

Обратимся к некоторым фактам.

В 1843 году в провинциальном польском издательстве в Познани выходит на польском языке книга профессора философии немецкого университета города Фрейбурга Бронислава Трентовского «Отношение философии к кибернетике как искусству управления народом». Книга содержала изложение курса лекций по философии кибернетики, который, по-видимому, в течение довольно долгого времени читал в университете профессор Б. Трентовский, поляк по происхождению и верный последователь Гегеля по своим философским убеждениям.

Заметим, прежде всего, что истинный смысл слова «кибернетика» хорошо понимали еще в начале XX века, хотя появилось оно за 2000 лет до него. Сейчас этот смысл забыт или почти забыт вследствие того, что в учебных заведениях прекратилось преподавание греческого языка. Но лица, окончившие классические гимназии еще в начале нынешнего века, знали, что греческое слово κοβερνω (гиберно) означает губернию — административную единицу, населенную людьми, a κοβερνετ (гибернет), или по-русски губернатор, — управляющий ресурсами и людьми, населяющими его губернию.

Но слово κοβερνω для греков означало нечто большее, чем «губерния». Гиберно — это объект управления, содержащий людей. Воинская часть — это гиберно. А вот корабль сам по себе как некоторая техническая система уже не гиберно, и лоцман не гибернет. Корабль же с командой и пассажирами — это гиберно, и его капитан, который не только ведет корабль, но и управляет командой и пассажирами, является гибернетом.

И не только в русском языке мы встречаем аналоги греческого термина. Gouvernement — по-французски правительство, gouverner — править, управлять, a gouverneur — губернатор, наместник, управляющий. Аналоги и производные термина «гиберно» мы найдем и в других европейских языках.

Уже говорилось, что в Древней Греции начала возникать наука как свод правил, регламентирующих поведение гибернета в тех или иных условиях. Эту науку, естественно, и стоило бы назвать кибернетикой. Сейчас трудно проследить смысловую эволюцию термина «кибернетика». Но во всяком случае для образованных людей прошлого века, получивших классическое образование, слово «кибернетика» было вполне понятно и означало, по-видимому, систему взглядов, которой должен был обладать управляющий, для того чтобы эффективно управлять своим гиберно.

Значит, по-современному этот термин означает теорию управления, причем не общую теорию, а управление объектами, основными элементами которых являются люди. В таком смысле и мы будем трактовать его.

Итак, Б. Трентовский, обсуждая проблему, полагал, что она вполне понятна читателю, и употреблял термин, не считая нужным пояснять его содержание.

После такого экскурса, который, наверное, следовало бы сделать еще «отцу кибернетики» Н. Винеру, когда он впервые прибегнул к термину «кибернетика», посмотрим, что пишет польский профессор, ученик и последователь Гегеля, в своем сочинении, написанном на польском языке.

Он подробно говорит, как трудно управлять человеческими группами, как надо для этого знать все их особенности, стремления людей и игру страстей. Ведь у каждого из них свои цели, свои желания. Не существует человеческих коллективов, которым чужды были бы те или иные противоречия. Но эти противоречия находятся в неразрывном единстве, ибо люди нужны друг другу: каждый вроде и сам по себе, но в то же время он ничто вне организации.

Б. Трентовский прекрасно владеет языком диалектики и методом анализа (вспомним — он ученик и последователь Гегеля). Общество и любая его часть (любой коллектив и любой индивид) — это всегда противоречивое единство, и в разрешении противоречий заложено его развитие. И с этих позиций он изучает задачи управления и управляющего.

Руководитель — кибернет, по терминологии Б. Трентовского, — должен уметь примирять различные взгляды и стремления, использовать их на общее благо, создавать и направлять деятельность различных институтов так, чтобы из противоречивых стремлений рождалось бы единое поступательное движение.

Замечательные мысли! Они будут и нашим лейтмотивом, и мы будем говорить о создании механизмов управления людьми, использующих их естественные стремления и склонности.

Б. Трентовский, рассуждая о науке управления, отдает должное роли таланта управляющего и термину «искусство управления», которым он широко пользуется. И в то же время он понимает, что одного искусства мало. Выработка сколь-нибудь сложного решения, говорит он, требует всегда определенного научного анализа.

Уже в начале XIX века в книгах по кибернетике утверждалось, что управленческий процесс — это не только совокупность административных акций. Чем дальше развивается общество, тем большую роль в управлении начинает играть научный анализ, а кибернет приобретает черты ученого. Теперь уже не протокол, регламентирующий жизнь и деятельность администратора, а потребность ученого становится постепенно его вторым «Я». Б. Трентовский прекрасно понимал, что по мере продвижения человеческого общества по пути прогресса процесс управления все в большей и большей степени должен приобретать черты научного исследования, а лицо, получившее право управления, должно постепенно становиться все более похожим на ученого и прежде чем принять то или иное решение должно внимательно проанализировать обстановку и оценить возможные исходы своих решений. При этом оно должно полагаться не только на свой опыт и свою интуицию, но и на научную теорию. «Применение искусства управления без сколь-нибудь серьезного изучения соответствующей теории, — говорит он по этому поводу, — подобно врачеванию без сколь-нибудь глубокого понимания медицинской науки».

Основной целью и объектом управления является, по мнению Б. Трентовского, человек во всей его сложности. «Люди не математические символы и не логические категории, и процесс управления — это не шахматная партия. Недостаточное знание целей и стремлений людей может опрокинуть любое логическое построение. Людьми очень трудно командовать и предписывать им наперед заданные действия. Приказ, если кибернет вынужден его отдавать, всегда должен очень четко формулироваться. Исполняющему всегда должен быть понятен смысл приказа, его цели, результат, который будет, достигнут, и кара, которая может последовать за его невыполнением, — последнее обязательно».

И еще один момент: приказы, уж если они отданы, должны выполняться неукоснительно. Процесс управления не может существовать без поощрений и наказаний. И исполняющий их должен знать! Знать заранее!

Далее Б. Трентовский утверждает, что, с одной стороны, кибернет должен уметь наблюдать, анализировать, выжидать, лавировать, избегать прямого вмешательства — он должен уметь извлекать пользу из естественного хода вещей; с другой — он должен быть активен, любое его решение должно носить «волевой характер», оно должно неукоснительно выполняться. Кибернет должен быть уверен, что подчиненные ему гиберно выполнят его распоряжение.

Во многом поведение людей предопределено предшествующим ходом событий, и повлиять на не го мы можем далеко не всегда. Но учесть предшествующий ход событий обязаны. Послушаем, что говорит Б. Трентовский по этому поводу: «…Кибернет не проектирует будущее, как старается сделать некий радикальный философ, — он позволяет будущему рождаться своим собственным независимым способом. Он оказывает будущему помощь как опытный и квалифицированный политический акушер».

И далее из его слов становится ясным, что пружины развития общества объективны, они не зависят от воли управляющих. Как кормчий не может изменить характер морских течений и должен приспосабливать маневр своего корабля к их сложной и независимой от него структуре, так и лицо, поставленное во главе коллектива, должно умело учитывать этот объективный ход истории. А роль науки — помогать ему предвидеть возможные варианты развития событий. И это должна уметь делать кибернетика. Задача ее не просто формулировать общие соображения, а помогать исследователю или управляющему предвидеть будущее, предвидеть следствия своих решений.

Б. Трентовский понимает важность философии в создании принципов управления. «Кибернет не так уж много может позаимствовать из общих философских политических теорий (принимая конкретные решения. — Н.М.). При одной и той же политической идеологии он должен управлять различно в Австрии, России или Пруссии. Точно так же и в одной и той же стране он должен управлять завтра иначе, чем сегодня».

Без философии обойтись невозможно. Без общих принципов человек слеп, как без фонаря в темную беззвездную ночь. Но общие принципы лишь первый шаг, помогающий понять конкретность. И именно в них и в том, как научиться правильно понимать эту конкретность, состоит главная задача философии. А дальше задача кибернета — изучать реальные условия, оценивать их и на основе конкретных суждений о них принимать решения.

Книгу Б. Трентовского пронизывают также идеи адаптации и необходимости учета сложной системы обратной связи (хотя подобные слова им и не произносятся — их еще просто не было тогда в употреблении). Все находится в движении, утверждает он, и решение, принятое сегодня в одних условиях, может оказаться совершенно негодным завтра, когда условия изменятся. Кибернет должен уметь соотносить свои действия с этими изменениями. Он эти изменения должен чувствовать, изучать, и его действия должны изменяться в зависимости от того, в каком состоянии находится объект управления — гиберно. А подобные утверждения есть не что иное, как признание существования обратной связи!

Отмечая объективный характер социальных процессов, Б. Трентовский ни в какой мере не принижает роль личностей, этих отдельных элементов социальной системы (или объекта управления). Он считает объективно существующим и объективно необходимым множественность различных поведенческих механизмов, обеспечивающих адаптацию объекта управления гиберно. И, давая свободу конкретности, надо, считает он, направлять в единое русло активность этих механизмов.

Насколько это глубже и мудрее всего того, что будут писать о кибернетике сто лет спустя Н. Винер и различные его последователи!

В 1940-х годах Н. Винер начинает публикацию работ, посвященных кибернетике как науке об управлении и связи в животном мире и машинах. Его единомышленники, главным образом на Западе, приняли на вооружение его язык и стали расширять сферу приложения кибернетики при исследовании явлений общественного характера. Эта попытка встретила резкую критику со стороны ученых различных направлений. Критика была вполне мотивирована, поскольку расширение области применения идей Н. Винера не учитывало объективных закономерностей общественного развития и носило механистический характер.

Многие трудности методологического характера, которые в свое время задержали распространение кибернетических идей у нас, как раз и определялись неудачными попытками втиснуть проблемы общественного управления в рамки винеровской кибернетики. Любая попытка идти от машины к обществу, представить происходящее в обществе в терминах технической дисциплины всегда обречена на неудачу. У Б. Трентовского же привлекательным было именно то, что он шел от человека, от общества, от его объективных законов. Если продолжить его рассуждения, то мы увидим совершенно в ином свете многие современные проблемы кибернетики.

Не всё, далеко не всё у Б. Трентовского можно принять без оговорок.

Для нас важно то положительное, что было внесено Б. Трентовским в теорию управления общественными процессами на этом этапе развития кибернетики. Это веха, показывающая становление кибернетики как общей науки об управлении, о каркасе, как говорил Б. Трентовский, через который отдельные науки могут соединиться и взаимодействовать для достижения общих целей.

Последнее особенно важно, и Б. Трентовский это подчеркивает, говоря, что кибернет — прежде всего кормчий, который ведет свой гиберно к тем целям, которые ему предначертаны. Они существуют объективно, и это очень важно, это был большой шаг вперед: ему уже не чуждо представление о целях коллектива, целях общества. В то же время Б. Трентовский понимает, что нельзя игнорировать влияние субъективных факторов, т. е. личных стремлений субъектов, на ход общественного развития. И одним из таких субъектов является прежде всего сам кибернет, то место, которое занимает управляющий в жизни общества. Но он отнюдь не отождествляет его цели с целями того коллектива, которым он должен управлять. Более того, он допускает, что кибернет может использовать руководимую им организацию в своих личных целях и во вред самой организации. Поняв, что взаимосвязь целей кибернета и его гиберно — это специальный и непростой вопрос, Б. Трентовский однозначно его не решает.

Кибернетика — наука, которая родилась слишком рано

Почему произошло так, что имя польского философа, столь много сделавшего для создания основ кибернетики, оказалось преданным забвению? Попробуем в этом разобраться!

Кибернетика как наука об управлении общественным развитием была в XIX веке прежде всего объектом философской мысли и мало интересовала практиков. Кибернетика жила еще категориями классической немецкой философии XVIII века, а на дворе уже была погода XIX века — эпоха становления капитализма, возникновения новых интересов и потребностей.

Становление капиталистического способа производства резко повысило интерес к тем вопросам управления, от которых зависела деятельность той или иной фирмы, предприятия, завода в условиях рынка. Управление сводилось прежде всего к созданию таких производственных структур, которые обеспечивали бы максимальную прибыль. В конце концов философия и социальное управление оказались не у дел. Идеям, подобным тем, которые провозглашались Н. Макиавелли и идеальной системой Гегеля, места уже не было. Зато родилась научная организация труда (НОТ).

Но вот в 40-х годах XX века ситуация на Западе снова начинает меняться. Быстрое развитие техники и технологии резко усложнило управленческие процессы. Рост концентрации производства, его специализация и необходимость учета огромных потоков информации (прежде всего!) сразу обнаружили недостаточность прежних приемов управления, НОТ и других средств, традиционно применявшихся управляющими. Возникла необходимость научного подхода к делу управления. Вот почему второе рождение кибернетики и появление книги Н. Винера «Кибернетика и общество» независимо от претензий ее автора было воспринято на Западе как новое Евангелие.

Сочинение Винера по кибернетике было нацелено на самые «больные» проблемы управления. В послевоенные годы разразился «кризис избытка информации». Общество было бы задушено информацией, если бы не была изобретена ЭВМ. Наверно, дальнейший технический прогресс если и не был бы прекращен, то, безусловно, не развивался бы современными темпами.

И винеровская кибернетика оказалась ориентированной именно на проблемы информационные. Винер посчитал, что теория информации является основой этой дисциплины. Более того, он говорил, что сама теории управления является лишь частью теории информации.

Имея одну и ту же цель — усовершенствование управления обществом, — Трентовский и Винер рассматривали эту цель в совершенно разных ракурсах. Винер считал общество своеобразной технической или биологической системой, а Трентовский подходил к обществу как социолог и философ, рассматривая его как противоречивое единство несовпадающих стремлений, противоборствующих интересов…

Я думаю, что если бы в конце 1940-х годов мы имели бы возможность познакомиться с достижениями всей научной мысли об управлении, в частности, с идеями Трентовского, то и история становления этой науки у нас была бы иной. Меня, честно говоря, больше удивлял не тот факт, что часть наших ученых на первых порах отвергла винеровскую кибернетику, а то, что ее потом приняли. Но здесь уже действовали другие, отнюдь не философского плана мотивы. Возникла острая потребность нашего централизованного хозяйства в новых методах управления. Страна стояла накануне массового движения за внедрение ЭВМ в управление. И здесь нужна была наука. Хоть какая-нибудь! Даже винеровская.

А между тем такая наука существовала независимо от Н. Винера. Только она была разорвана на отдельные части, ее философская основа и методы отыскания решений были между собой почти не связаны.

Новые времена и новые задачи

Я упомянул некоторые факты становления кибернетики как дисциплины, связывающей в единое целое методологическую базу общественных наук и практику управления. Именно в таком виде ее можно принять как составную часть общей теории управления. И с этой точки зрения вклад Б. Трентовского трудно переоценить.

Кибернетика имеет много пересечений с такими дисциплинами, как теория систем и системный анализ. В последние два десятилетия эти дисциплины превратились в важнейшие направления научной мысли. В рамках системного анализа, который изучает общие свойства сложных систем, разработаны эффективные методы их исследования. Естественно, что кибернетика должна уметь ими пользоваться и ставить на службу повышения эффективности управления.

Чтобы успешно разрабатывать рекомендации для управления сложными народнохозяйственными организмами, специалисты в области кибернетики должны изучать экономические законы, понимать их и правильно использовать. Необходимость эта привела к тому, что образовалась ветвь кибернетики — экономическая кибернетика.

Довольно тесные связи у кибернетики и с теми дисциплинами, которые занимаются проблемами использования ЭВМ. Сегодня трудно представить себе управление сложными объектами без применения ЭВМ. Значит, при разработке процедур управления, т. е. при решении своей основной задачи, кибернетика должна четко знать возможности, которые предоставляет использование ЭВМ в управлении.

Особое место занимают связи кибернетики с теорией информации. В самом деле, кибернетика, опираясь на общеметодологические и философские основы теории управления, должна снабдить управляющего конкретными рецептами, которые призваны помочь ему найти правильное решение в сложной ситуации. Общефилософские позиции помогают наметить правильно цели управления, определить перспективу развития, выработать стратегию. Но конкретные решения будут зависеть от многих обстоятельств, которые трудно учесть при стратегическом анализе. Среди этих обстоятельств особое место занимает та информация, которой располагает или будет располагать управляющий. Недостаток информации, т. е. незнание обстановки, чреват катастрофическими последствиями. Но и ее избыток также может быть опасен. Информации должно быть ровно столько, сколько необходимо для того, чтобы лицо, принимающее решение, могло представить ситуацию в целом. А для этого ее надо специальным образом подготовить.

Итак, принятие решения и информация неотделимы. Информация нужна только для принятия решения, и только для этого! В то же время термин «решение» без понятия «цель» лишен всякого смысла, ибо качество решения может быть оценено только степенью достижения цели.

Отсюда вытекает, что оцениваться информация может только тем, какого качества решение она может обеспечить. Вот мы и получаем единый узел: «цель — решение — информация». Изучение единства этих трех понятий, каждое из которых самостоятельного смысла не имеет, изучение их взаимосвязи и анализ этой связи в конкретных условиях — одна из важнейших задач кибернетики. Надо сказать, что подобная трактовка понятия информации и ее места в кибернетике не совпадает с той, которая содержится у Н. Винера. Он рассматривает информацию как самостоятельную категорию, подобно тому как это сделал К. Шеннон в своей «Теории информации». А Шеннона и его последователей интересовало не качество информации, а качество передачи информации, что совершенно другое дело!

Таким образом, в классической «довинеровской» кибернетике в центре внимания оказываются действия (т. е. решения), принимаемые кибернетом, а также и все те вопросы, которые ему для этого акта необходимы. При таком взгляде на всю проблему управления мы уже имеем ключ к описанию современных задач кибернетики.

Прежде всего это исследование целей. Но не только целей, объективно присущих объекту управления — тому или иному социальному либо экономическому организму, — не только целей самого объекта, а и целей, стоящих перед частями, составляющими этот организм. А они могут находиться в противоречии с целями объекта. Кстати, эта противоречивость части и целого не только философская категория, но и объективная реальность, не учитывая которую управляющий не может принять правильного решения. Винеровская же кибернетика как раз эти моменты оставляла за кадром, уподобляя общество некой машине. Между тем есть принципиальная разница между тем, когда приказ отдается машине и когда он отдается человеку или коллективу. В первом случае мы твердо уверены в том, что приказ будет выполнен, если машина исправна. Во втором — мы можем лишь предполагать, что он выполнится. И задача кибернетического анализа должна состоять в том, чтобы знать, как обеспечить такие условия, при которых приказ будет исполнен. Вопрос этот всегда конкретен, и общих рекомендаций для его решения недостаточно.

Итак, цели объекта управления (гиберно) и его частей предъявляют требования к информации, или, как теперь принято говорить, к информационному обеспечению.

Рядом с этой проблематикой, тесно связанной с проблемой целей, лежит проблема компромиссов. По существу, вся деятельность кибернета — это отыскание разумных соглашений. Сегодня разработано много рациональных приемов поиска компромиссов и коллективных решений. Среди них «принцип эффективного компромисса» Парето и «принцип устойчивости».

Подобные «правила поведения кибернета» обладают одной важной особенностью — они могут быть формализованы, т. е. в этих процедурах могут быть использованы математические методы, позволяющие давать решениям кибернета количественные характеристики. Эти методы должны быть включены в арсенал средств, которыми располагает управляющий и, следовательно, занимается кибернетика.

Но надо заметить, что использование математики и формализованных схем только тогда оказывается по-настоящему эффективно, когда проведен глубокий, содержательный анализ. И кибернетика должна направлять социологический анализ противоречивых стремлений и компромиссов, должна быть связкой между общеметодологическими, философскими концепциями и содержанием конкретных наук, необходимых для эффективной управленческой деятельности.

Н.Н.Моисеев 

05.09.2012, 3930 просмотров.


Нравится

SKOLKOVO
26.06.2019 17:20:21

ЛИЦЕЮ "ФТШ" ПРИСВОЕНО ИМЯ ЖОРЕСА АЛФЕРОВА!

Последний звонок прозвучал 25 мая для учащихся трех 11-х классов Лицея «Физико-техническая школа», где заканчивают учебу около шестидесяти школьников. Этот день, как всегда в конце мая, был торжественным и радостным, полным надежд и волнений, связанным с близким началом взрослой жизни.

Алферов, выпускники, образование

30.04.2019 20:40:14

В «Сколково» появится Парк наук имени Жореcа Алферова

В Инновационном центре «Сколково» планируется открыть Парк наук и присвоить ему имя лауреата Нобелевской премии, академика Жореса Алферова.

Жорес Алферов, фонд, Сколково»

16.02.2018 11:01:00

Блокчейн для дистрибуции кино / TVZavr на Берлинале

Резидент «Сколково» представил на Берлинале новую технологическую платформу для киноиндустрии

технологии, киноиндустрия, платформа, Сколково

14.02.2018 08:19:00

Год Японии в России /Инновационное сотрудничество/Семинар в Сколково

В технопарке «Сколково» прошел семинар «Россия – Япония: коммерциализация технологических инноваций – перспективы сотрудничества», организованный Фондом «Сколково» и ROTOBO, Японской ассоциацией по торговле с Россией и новыми независимыми государствами. Представители «Сколково» и РВК обсудили с сотрудниками японских стартапов, инкубаторов и институтов развития особенности подхода к инновационному бизнесу и перспективы выхода российских стартапов на рынок Страны восходящего солнца.

Инновации, технологии, перспективы, сотрудничество, страны, Россия, семинар, Сколково

15.11.2017 00:06:37

Suvorov Prize - инновационная премия вручена в 7-ой раз / Швейцарско-российская премия имени Суворова

Конкурс изобретений «Эврика» теперь будет получать проекты российско-швейцарского сотрудничества.  В финал вышли пять проектов из России и Швейцарии из различных областей — это биотехнологии,медицинские технологии, и информационные технологии.

Suvorov Prize

02.11.2017 16:41:25

Разработка российских ученых по очистке воды от нефти запатентована в США

Екатеринбургская компания «НПО БиоМикроГели» (резидент «Сколково» и технопарка «Университетский») подтвердила авторство своих изобретений в Соединенных Штатах Америки. В этой стране завершена национальна фаза патентования нескольких технологий уральских ученых с применением биомикрогелей.

разработка

07.10.2017 00:14:10

Собирать или не собрать (данные)? Быть или не быть официальному интернет "просвечиванию".

Московский арбитражный суд не стал запрещать использование открытых персональных данных пользователей социальной сети «ВКонтакте» для оценки их кредитоспособности.

ВКонтакте

RSS
Архив "SKOLKOVO UNIT"
Подписка на RSS
Реклама: